Соломоновы решения: об уроженце Бобруйска Соле Шульмане

  • Одним известен уроженец Бобруйска Сол Шульман как создатель популярнейшего в своё время цикла документальных фильмов «Альманах кинопутешествий».
  • Другим – в качестве сценариста и кинорежиссёра.
  • Третьи читали его произведения.
  • Четвёртых он учил: публичные выступления нашего земляка неизменно привлекали к себе многочисленные студенческие аудитории Италии, Англии, Германии, США, Австралии.
  • Пятые и вовсе, слыша его имя, вспоминают легендарную Татьяну Самойлову – и это тоже правильно: в середине 60-х они были парой.

Интересы Соломона Ефимовича были многогранны. Живя в австралийском Мельбурне, он в свои слегка за восемьдесят продолжал заниматься творчеством и путешествовать. Бывал иногда и на малой родине, как, впрочем, и в других уголках Беларуси. Например, в начале 2010-х жителей Глуска удивило, что по улицам их города ходил человек явно не глусской наружности и дорогостоящими камерами фотографировал старые, вросшие в землю домики.

Потом Сол Шульман – а это, разумеется, был он! – зашёл в редакцию местной газеты и рассказал, что здесь жил его дедушка. Ещё сообщил, что многие выходцы из маленького провинциального Глуска, эмигрировав в конце 19-го века в Австралию, положили начало процветающим династиям, которые сегодня во многом влияют на экономику южного полушария. И он собирался писать об этом книгу и снимать фильм (может быть, слыхали об «Австралия – Terra Incognita (Когда звери ещё были людьми)»?).

А в 2013 году главный библиограф бобруйской центральной городской библиотеки им. М. Горького Татьяна Голубева повстречала знаменитого соотечественника на Дне белорусской письменности в Быхове. Какое-то время Татьяне Фёдоровне довелось поработать плечом к плечу с его старшей сестрой Бетти, поэтому общих тем для разговора нашлось немало. Думается, касались собеседники и дорогого сердцу Бобруйска, с которым героя материала связывают счастливые годы детства. Да и не только.

Пшёнка для говорящих с еврейским акцентом

О том времени и о своей семье Соломон Ефимович прекрасно написал в автобиографической повести «Променад по Социалке». Вот каким там предстает город на Березине:

«Как и Одесса, Бобруйск был абсолютно еврейским городом. И дело тут не в процентном соотношении, а в духе города, его атмосфере. Все местные жители, вне зависимости от национальности, говорили с певучим еврейским акцентом, отвечали вопросом на вопрос и плохо произносили букву «р». Им было легче сто раз произнести слово «пшёнка», чем один раз «кукуруза». (…) Социалка – так на местном жаргоне называлась главная улица города, официально именовавшаяся Социалистической – была центром всех событий. По вечерам все способные к передвижению граждане, вне зависимости от пола, возраста и образовательного ценза, мыли шеи, надевали чистые сорочки и целыми семьями отправлялись фланировать по Социалке – не спеша, торжественно, под ручки. Чем больше было народу и чем труднее было протолкнуться, тем вечер считался более интересным.

– Как вы вчера провели время?
– Отлично, восемь раз прошлись по Социалке.
– А мы десять!..».


Читайте также: Непосредственный убийца императора Александра II родился в Бобруйском уезде


Теперь предлагаю заглянуть и в родной дом писателя.

«Помню наш деревянный дом с яблоневым садом на Пролетарской улице, с крыльцом и очень высокими ступеньками, по которым мне приходилось взбираться на четвереньках. В конце лета в саду варили варенье в огромном медном тазу, стоявшем на кирпичах. Варенье кипело, вспучивалось, пузырилось, и по саду расползался вкусный запах сладких ягод. Всем этим колдовством руководила моя бабушка, мамина мама, которая на эти дни специально перебиралась к нам…».

Маленький Солик – так его звали близкие и родные – был, судя по всему, ещё той егозой. Он сам признавался, что рос не подарочком – избалованным и капризным. Тут, по-видимому, сказывались и традиционные особенности еврейского воспитания, и то, что он был у мамы поздним.

«Когда я совершал что-то не по правилам хорошего тона – а это случалось чаще, чем я успевал открывать рот, – то Соня (родная тетка – авт.) молча и укоризненно смотрела на меня, а затем торжественно произносила всегда одну и ту же фразу: «Береги платье снову, а честь смолоду!». Эта пушкинская фраза, по её мнению, должна была сразить меня наповал и вернуть из первобытного состояния в человеческое общество…».

Да уж, родни – как в любой уважающей себя семитской семье – имелось у Шульманов предостаточно. Но самые главные люди для ребёнка – конечно же, мама и папа.

Знакомство с родителями

«Моя мама – Нина Генриховна Уфлянд – была детским врачом, её знал весь город. Мама окончила Днепропетровский медицинский институт. Училась она у легендарного профессора Платонова, который первый в истории медицины начал делать операции под гипнозом, спасая этим людей с больным сердцем, плохо переносящих наркоз. За что и был отправлен в Сибирь как «враг народа». Свой дар профессор всё же успел передать студентам. Мне не раз доводилось наблюдать, как, подойдя к плачущему ребёнку, мама несколько секунд пристально смотрела на него, потом брала на руки – и он тут же успокаивался и засыпал. Все удивлялись и спрашивали, как ей это удаётся, а она отмалчивалась. Говорить о «школе Платонова» было опасно…».

«Папа – Ефим Израилевич Шульман – тоже был популярной в городе фигурой, но по другой причине. Он преподавал биологию и ставил местным вундеркиндам двойки. Папину родню я знал лишь по рассказам. С пяти лет папа уже был сиротой и жил у своей тети в Минске. (…) Отец воевал, он служил в войсках, дислоцированных в Иране, и вернулся домой лишь в конце 1946 года. Он был молчаливым человеком, мыслителем и политиком. Он прекрасно понимал, что творится в стране. Ещё до «великой чистки» 1937 года он уже прошёл Лубянку и ссылку, оттого и был молчалив».

 

Иудэ?

Своей принадлежностью к нации, как отмечает Сол Шульман в «Променаде...», «подарившей миру Христа и Эйнштейна, Спинозу и Гейне, Колумба и Маркса», он неимоверно гордится. Но то в 2000-х. В юности было иначе.

«Прекрасное имя Соломон, данное мне родителями, я ещё в школьные годы упорно заменял на извозчичье – Сенька. Не библейское Симеон, а именно Сенька. «Сенька, тащи самовар. Сенька, запрягай лошадей». В титрах одного из ранних своих фильмов я спрятался под русским псевдонимом – Абаканов. Слава Богу, что сегодня мне стыдно об этом вспоминать…».

Антисемитизм в Советском Союзе встречался частенько. Наш земляк в набросках к будущей книге под условным пока названием «Сказки Соломона» писал: «В нашей великой многонациональной демократической державе еврейское происхождение никогда не приветствовалось, так что «плохие» национальные примеси не только у политических вождей, но и у кинозвёзд, как, например, у Элины Быстрицкой, Татьяны Самойловой и многих других, замалчивались…».

Вместе с тем евреям (особенно во время страшных испытаний, выпавших на годы войны) многие протягивали руку помощи. Маленький Солик с сестрой, мамой и тёткой провёл их в Бухаре. Благо, кое-как выжили – Нина Уфлянд была высококлассным доктором! Вот одна, казалось бы, незначительная, но весьма символичная история из того периода.

Поляк, занесённый непонятно каким ветром в Узбекистан, продавал там конфеты – запредельную мечту для «детей войны». «Разноцветные петушки, красные звёздочки, плоские слоники держались на деревянных палочках и стоили целое состояние», – говорится ещё в одном произведении Сола Шульмана «Башня смерти». Позволить себе хоть одну такую сладость курчавый малыш никак не мог. «Иудэ? – спросил продавец. Я молчал. «Проше», – сказал он и протянул голубого петушка. Что-то ударило меня в грудь, опрокинуло и понесло. Это был подарок нищему от нищего, голодному от голодного…».


Читайте также: Бобруйск в 1966 году: видеозарисовки из жизни


В Бобруйск герой материала с родней вернулись в конце 1944-го, сразу после его освобождения. Те годы для уличных мальчишеских игр были ох какими небезопасными. Однако пацанята (и Солик, само собой) продолжали бегать, скажем, в ту же Бобруйскую крепость.

«Мы таскали оттуда смертоносные игрушки в дом, во двор, в школу, носили их в карманах. Помню, как-то мы с приятелем нашли блестящую металлическую штучку с кулак величиной. Мы играли ею весь день, отбирая друг у друга, подбрасывая, роняя, а вечером, когда пора было расходиться по домам, приятель швырнул её в стену соседнего кирпичного сарая, где стояла чья-то корова. Раздался страшный взрыв, в стене сарая образовалась огромная дыра, из которой с ревом выскочила ополоумевшая корова, круша всё на своем пути. К счастью, никто не пострадал. Как потом выяснилось, мы целый день играли взрывателем от какого-то сверхдальнобойного снаряда…».

Космополит

В конце пятидесятых годов уроженец Бобруйска получил высшее инженерное образование, стал работать в Минске и даже читал «сопромат» в политехническом. Однако душа, видимо, требовала иного. И Сол Шульман поступил учиться во ВГИК.

После работы над студенческим фильмом «Среди белого дня» его заметили и одновременно пригласили к себе Сергей Михалков на «Мосфильм» и Владимир Шнейдеров на студию научно-популярных фильмов. Соломон выбрал второе.

Уже занимаясь «Альманахом кинопутешествий», он объехал полмира, был в самых труднодоступных районах земного шара. После, к слову, довелось жить в разных странах: от Италии и до США. Этакий бульбаш-космополит! Вот как он сам рассказывал о своем стремлении путешествовать:

«Будучи студентом ВГИКа, как-то снимал фильм на Памире. Когда группа отдыхала, сидел на берегу реки Пяндж и с тоской смотрел на противоположный берег; там был далекий чужой мир – Афганистан. В нескольких метрах от меня над обрывом уселась ворона. Я взял камушек и бросил в неё. Ворона посмотрела на меня круглым немигающим глазом и, презрительно каркнув, взмахнула крыльями и перелетела в Афганистан. Я остолбенел. Эти несколько секунд вороньего перелёта подняли бурю в моей душе. На моих глазах произошло чудо. Рухнула непробиваемая стена. Ворона оказалась хозяйкой мира, а я – его рабом. Ей было наплевать на выдуманные человеком границы, запреты, идеологии. В эту секунду я уже твёрдо знал, что любой ценой вырвусь из рабства и увижу мир...».

Профессиональная биография тоже делала крутые виражи. Прозаик, драматург, кинодокументалист, режиссер, фотохудожник, историк, фантаст и даже... актёр. Последнее, скорее всего, произошло с лёгкой руки гражданской жены Татьяны Самойловой – Сол Шульман исполнил главную роль в художественном фильме «Гнев» по пьесе Эжена Ионеско. И даже получил за неё премию на кинофестивале в Багдаде!

Можно было бы закончить материал избитой фразой – мол, талантливый человек талантлив во всём. Но я так делать не стану. Ведь наш герой всё же сконцентрировался на главном – том, что у него получалось лучше всего – на писательстве (и не так важно, сценарии это к фильмам или книги). Вот уж воистину Соломоново решение.

Послесловие. Статья была написана в июле 2017 года, а 6 сентября этого же года Сола Шульмана не стало.

1

Магілёўскія ведамасці

Поделиться

Читайте также

Для предупреждения дорожных происшествий с участием детей и в связи с окончанием учебного года традиционно с 25 мая по 5 июня 2024 года МВД проведёт специальное комплексное мероприятие «Внимание – дети!». Акция призвана привлечь всеобщее внимание к безопасности детей на дороге, повысить ответственность родителей и водителей.

Напомним, в дни спецмероприятий в светлое время суток транспорт должен ездить с включённым ближним светом фар (п. 166.9 ПДД). Госавтоинспекция призывает водителей быть предельно внимательными при движении вблизи детских учреждений, проезде нерегулируемых пешеходных переходов, остановок общественного транспорта и особенно во дворах.


Читайте также: «Роделась 09.07.2019». Что известно о малышке, которую подкинули в гомельскую больницу


1

По материалам УГАИ МВД Республики Беларусь

Читать дальше

Автобусный парк №2 Бобруйска сообщает, что в связи с прибытием в Бобруйск на станцию «Березина» музейной экспозиции «Поезд Победы» 15 июля 2024 года движение автобусов маршрутов №11 и №11а с 09.00 до 21.00 организуется по ул. Дзержинского – ул. Ярмака в прямом и обратном направлениях.

Просьба заблаговременно планировать поездки.

 

Читать дальше

18 мая 2019 года в Молодёжном парке Бобруйска Центр поддержки семьи, материнства и детства «Покрова» совместно с центром «Росквит» подготовили семейный праздник, приуроченный к Международному дню семьи.

Девять семей-участниц на фоне музыкально-танцевальных выступлений проходили захватывающий квест.

Все семьи отлично справились с непростыми заданиями и были награждены дипломами и подарками.

Центр поддержки семьи, материнства и детства «Покрова» благодарит «Росквит» за плодотворное сотрудничество в деле укрепления традиционных семейных ценностей.


Читайте также: Всё внимание – детям


1

pokrova.by

Читать дальше